River Fork

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » River Fork » Назад в будущее » При свечах и распредвале


При свечах и распредвале

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

1. Время действия:
Начало осени 2015
2. Место действия:
Ривер Форк, окраина, Грин Роуд 6
3. Действующие лица:
Ричард Алистер, Изабо Кавана
4. Синопсис:
История о том как некая очаровательная, бесподобная и слегка помятая Кристина организовала для двух абсолютно незнакомых и таких разных людей ужин при свечах зажигания и распредвале. С лёгкой руки Стивена Кинга, написавшего роман «Кристина» про ярко-красный антикварный автомобиль, одержимый злым духом, а затем и Джона Карпентера, снявшего по этой книге фильм, все машины Plymouth Fury 1958 модельного года получили статус культовых и среди фанатов стали известны под женским именем Кристина.
5. Необходимость и степень мастерского участия:
Не требуется.

Отредактировано Isbeal Kavanagh (2018-01-29 14:39:07)

0

2

Терри совсем не имел совести. Ни капли. Нет бы, дать выспаться своему хозяину в выходной. Наглая рожа сделала подъем даже раньше, нежели обычно. Испытывая огромнейшее желание запустить в эту самодовольную рожу тапком, Алистер потянулся было за оружием возмездия, но одумался. Тапочки – не виноваты. Дик откинулся обратно на подушку и попытался спринтерски догнать свой ускользающий сон, но стаффорд опять залаял.
- Что бы тебя, и твою маму,- не видя иного выхода Алистер сел на кровати, - Терри, заткнись, пожалуйста!
  Если сел, значит уже встал. Если встал значит уже пора. Ну а если пора, так что же ты сидишь? Дик быстро спустился на первый этаж. Его распрекрасный, любимый до ненависти пес , демонстративно залез лапами на окно и пытался  что-то внушить не менее наглой сороке, сидевшей на капоте автомобиля.  Нужно сказать, что некоторые лесные обитатели, никак не могут привыкнуть, что на Лисьих холмах уже есть иные хозяева. И чувствуют себя здесь весьма вольготно. Особенно, когда Терри находится в доме. 
- Гулять, засранец,- Алистер открыл двери и вдохнул прохладный  воздух. Стаффорд не стал долго мешкать и тут же помчался исправлять заблуждение наглой птицы, по поводу назначения темно-синего форда. Ну а Дик, развернувшись, пошел на кухню. Включив музыкальный канал,  быстро соорудил себе парочку внушительных бутербродов. Насыпал корма  в собачью миску пошел в душ. Контрастный душ освежил тело, добавил бодрости и самое главное – прочистил мозги. Да, точно, я же вчера не заехал туда. Поздно было, думал не стоит будить. Ну а раз встал, то что помешает поднять еще кого-то?  Хм,  походу у меня  проявляются замашки Тореодора. Скоро тоже буду на белок лаять и углы метить. Подобная картина, возникшая в воображении, придала утру еще больше красок и подняла настроение на пару пунктов. Поэтому , быстро позавтракав, Алистер натянул на себя джинсы, и выскочил немного размяться во дворе.
- Терри, иди, пожуй.  У тебя сегодня будет веселый день,- задумывая отместку за раннее пробуждение, Дик принял упор лежа, - тебе понравится, малыш, я обещаю.
  Сделав короткую зарядку на свежем воздухе,быстро перекусив, Алистер оделся и взяв повод, подстегнул стаффорда  за ошейник. Сев в авто, запустил двигатель, нажал на кнопку пульта открытия ворот.
- Ну, сукин ты сын,- констатировал Дик, держа повод через открытое окно,- давай побегаем.
Спустя пол мили, Дик остановил форд, сжалившись над тяжко дышащим псом, и открыл заднюю дверцу. Хоть и ехал он по еще не полностью проснувшемуся городу всего-то десять миль в час, Терри, явно не одобрял такое увеселительное развлечение. Одно дело побегать с хозяином, когда можно попутать под ногами, либо резко дернуть в сторону какой там мелкой живности на пути, и самодовольно выслушать много познавательного, иное – бежать, видя лишь асфальт и свое отражение на глянцевом борту автомобиля. Да и еще думать при этом, как бы не попасть под эту вращающуюся штуку сзади. Поэтому пес быстро занял свое привычное место сзади, развалился на все сиденье и демонстративно игнорировал взгляды Ричарда, лишь мотыляющийся из пасти язык и тяжелое дыхание выдавали  то, что урок был дан. Но вот усвоен ли?
Алистер, открыл  кожаный планшет,  лежащий на переднем сиденье, и достал конверты.  Три оповещения, подписанные городским судьей Доутсоном, которые не развез вчера. Ничего интересного,  обычные квитанции на уплату штрафов,  за административные нарушения, может какие-то повестки, может еще что. Быстро расправившись с доставкой двух конвертов, взяв с хозяев подписи в бланк, о получении, заглянул в маркет, и весьма проворно набрал целых три пакета провизии, на следующую неделю. В принципе, можно сегодня к «Большому Тому» заглянуть.  Посидеть, поболтать. Причем без предупреждения, а то старина начнет что-то выдумывать. Алистер задержался в ряду алкоголя и прихватил бутылку французского коньяка, а потом добавил в тележку и коробку конфет. Для Дженнифер, супруги Томаса. С этим афро-американцем  Алистер завел крепкую дружбу почти сразу же, как только прибыл в Ривер-Форк. Томас содержал местный спортзал и фитнес-центр, и сойтись двум фанатам тяжелой атлетики было совсем не трудно.
Загрузив пакеты в багажник, Ричард, насвистывая бодренькую мелодию, поехал к последнему адресату. Грин Роуд, дом шесть. Это почти на окраине. Покопавшись в памяти, Алистер припомнил дорогу. Да, точно, там жил покойный Логан Каван. Ричард уже пару раз разговаривал с ним,  по поводу его поведения и жалоб на него. Но тогда Логана он находил в авто мастерской братьев Ларсенов, Бада и Ника. Вообще Логан был вполне вменяемым мужиком, только сильно к спиртному прикладывался, да по престарелым  дамочкам ходок был.  Но, вот как механика – Ричард его уважал. Ну а имя Ишбел Кавана, указанное на конверте, ему мало что говорило. Наверное, родственница.
Подъехав к нужному дому, Алистер выпустил Терри из салона, и критически осмотрел двухэтажное здание. Нет, местность вполне даже ничего, деревья есть, правда двор выглядел весьма запущено. Несмотря на разбитые возле дома клумбы с цветами. Сам же дом демонстрировал  недавно окрашенный фасад, новые окна, и вполне приличные двери. Но вот крыша … крыша явно нуждалась в перекрытии, и если это было не так уж и заметно на веранде, то верхний конек, похоже просел. Ричард потянулся во весь рост и , захватив конверт и планшет, поднял было руку к звонку на калитке, но вовремя заметил обрыв на провисшем проводе, идущем к дому. Посигналить? Так соседи возможно еще спят. Рановато, для выходного. И Алистер решительно открыл калитку, и зашагал к крыльцу дома. Но когда но шагнул на ступеньки, крашеные доски подозрительно заскрипели. Секунду поколебавшись, Ричард все же шагнул, и в этот момент «мадам случайность» решила показать свой характер. Его левая нога мгновенно ушла ниже уровня пола, оглушительно отсалютовав треском трухлявого дерева. Ну а апофеозом стала "месть" стаффорда, увидавшего, что хозяин уже не так высок, как раньше. Пес решил, что это какая-то новая игра, и присоединился  к развлечению Ричарда, пригнув ему на спину.

Отредактировано Richard Alister (2018-02-07 22:14:56)

+3

3

Что может сделать женщина, когда весь мир ополчился и перешел в наступление? Когда экзистенциальный кризис застал ее посреди ночи, как обухом по голове, сопроводил под белые ручки в сторону так себе бренди, ополовинчатого не ею, пылившегося здесь еще со времени, когда был жив отец? Его призрак до сих пор не покидал эти стены, заставляя вздрагивать по ночам и просыпаться в холодном поту. А потом ее атаковали горючие, несдерживаемые слезы, бессонница и тройка кредиторов, отметившаяся прошлым днем и заставившая ее понервничать посреди ночи, настолько, что она испытала какой-то мучительный, первобытный страх, не ведомый ранее. Совершенно одна, в забытом богом городишке, в этом старом доме посреди скальных выступов и дубовых рощиц Айдахо. Да и до соседей, чтобы дозваться, придется бежать, рискуя сломать себе ноги, добрые минут десять. Пока добежишь - тебе уже проломают череп. Телефон не работает: следовало бы вызвать мастера. Как и водопроводчика. Отсутствие комфортных условий для жизни и возможность принять горячую ванную выбивали из колеи. Зависимость своей жизни от качества сантехники и наличия воды, она заметила только поселившись на Грин Роуд. Эта противоестественная связь претила возвышенным чувствам, она стоически отказывалась это признать, но хватило ее сопротивления ненадолго. Кавана закатала повыше рукава прихорошенькой блузки с декоративным жабо, обтянула юбку и принялась греть и таскать воду на второй этаж, отождествляя себя с упрямой и невероятно настойчивой Молль Флендерс, героиней рожденной фантазией Даниеля Дефо и пробивавшей себе путь аж из Ньюгетской тюрьмы, повторяя себе, что и капля сможет выточить себе путь. Если только очень будет стараться. Капля устала.
Ночные скандалы под окнами ее дома отразились на ней не лучшим образом. И если приходившие днем еще пытались общаться с ней холодно, но довольно ровно, требуя какие-то несметные богатства, которые, как оказалось, Логан ото всех спрятал и всем был должен, то ночью нестройный хор голосов оглушал ее такими эпитетами, что хотелось заткнуть уши и провалиться сквозь землю. В двери стучались, топтали ее первые, посаженные цветы, так долго, что даже пришлось распахнуть окна и продемонстрировать ружье, бутафорское, которое ей выдали для школьных спектаклей. Как и костюмы индейцев и первых поселенцев, и теперь ей еще предстояло их отстирать и привести в должный вид. В итоге Изабо даже выскочила на крыльцо с угрозами, что она вызвала полицию, помахала ружьем успевшим ретироваться пьяньчужкам и счастливо вернулась в дом, позабыв запереть за собою дверь. Но кредиторы Логана так и не вернулись, видимо удовлетворившись на какое то время. 
Изабо хотела принять ванную, устало щурилась в сторону зачинающего за окном рассвета, а затем решительно повернулась и критично осмотрела результаты своих трудов, настойчиво игнорируя свое припухшее от слез и бессонницы лицо в отражении зеркала. Воды было достаточно, чтобы забраться в нее едва ли по пояс. Впрочем, если она свернется калачиком на самом дне ванны и подтянет коленки к груди, то у нее даже получится полежать в воде полностью. Кажется, слив протекал. И в тот самый момент, когда Изабо поняла, что еще немного и с таким трудом добытая вода остынет, в трубах по всему дому что-то натужно загудело, и из открытого крана полилась долгожданная водица, такая горячая, что уже через минуту единственное зеркало в ванной полностью запотело.
- Да! - возликовала Кавана, конечно же, воспринимая эту небольшую победу на свой счет, словно не ведра с водой она таскала на второй этаж в течении часа, а вытанцовывала сложный, шаманский танец по всему дому, призывая дожди. И все же, на фоне всего произошедшего, это была победа. Позабытое ведро, полное воды, так и осталось стоять у окна, где за ночь прибавилось множество самых разных предметов, от метлы до пустого бокала и вязальных спиц. Именно этот подоконник из спаленки Изабо и был ее наблюдательным пунктом в течении ночи. Отсюда она кричала пришельцам: "Немедленно убирайтесь!", потрясая ружьем, сюда же придвинула кресло, чтобы подремать в нем перед рассветом хотя бы пару часов.
Теперь у Каваны были силы бороться, а именно это она и собиралась сделать. Сперва с усталостью и напряжением в мышцах, затем с веснушками, а потом уже и с костюмами: благо стиральная машина, какая никакая, но в доме была. Сейчас, когда Изабо нежилась в ароматно пахнущей ванне, ей казалось все не таким уж и невозможным. Дом был в процессе ремонта, да, это потребует времени и сил, но сдаваться было совсем не в ее правилах. С долгами отца она как-нибудь разберется. В конце концов у нее появилась работа. Обманываться мадемуазель очень любила. Впрочем, как и ненавидела опускать руки.
Следующим на очереди были веснушки. Разгоряченная кожа приятно горела под кружевным, тонким халатиком, волосы были собраны в куль на макушке и завернуты в огромное, пушистое полотенце. Когда ей послышались какие-то посторонние звуки, Изабо заканчивала размазывать по лицу перетертую с йогуртом землянику, которая в комплексе должна была вывести с лица все веснушки, накопившиеся за лето немногим меньше, чем тревог и забот. В этот момент, когда она облизывала творожно-земляничные пальцы, решимость в ней отстоять свою жизнь и территорию била через край. Она уже была по-своему готова к непрошеным гостям. Ружье ждало у окна, которое она так стремительно распахнула, что едва не вывалилась наружу. Раскрасневшись от натуги с бело-розовой пастой на лице, хлопья от которой летели во все стороны, пока она бежала, Изабо подняла пластиковое ведро с уже остывшей водой и швырнула от себя прямо со второго этажа. Благо, ни силой, ни меткостью Кавана не отличалась, поэтому сколько досталось шумному незнакомцы воды, а сколько ведра по голове - видеть со своей позиции не могла и не знала, но очень на то надеялась. И жалела, как любая истинная леди, увлекающаяся средневековыми романами, что в ведре была не горячая смола, а простая вода. К счастью для Каваны, ведро опустело еще в полете и если приземлилось на чью-то голову, то уже не таким тяжелым.
- Немедленно убирайтесь! - возмущенно выкрикнула она заученную наизусть фразу, которая сработала так хорошо ночью, - Я уже вызвала полицию! Merde*. Я спускаюсь и у меня оружие! Я буду стрелять.
Страха не было. По крайней мере с утра все казалось не таким уж печальным и мрачным, как ночью. А горячая ванная с ароматическими маслами из любой трусихи сделает Геракла или на крайний случай Дон Кихота. В любом случае Кавана сбегала по лестнице с пылающими праведным гневом глазами. И только остановилась у самой двери, понимая, что забыла ее запереть и теперь сквозняк с легким поскрипыванием ее начал приоткрывать. Собака! - взвилось в груди дурное предчувствие. Изабо выставила перед собой ружье, как будто бы точно собиралась стрелять, и с замирающим сердцем приблизилась на еще один шаг. От мысли, что ночью в дом мог вломиться какой-нибудь нетрезвый логановский дружок, на затылке зашевелились волоски. С подбородка съехала липкая масса и незамеченной шлепнулась вниз.
- Уберите свою собаку! - потребовала она, - И убирайтесь вместе с ней. Я не дам вам ни цента. И передайте это своим дружкам!

* - французское ругательство

Отредактировано Isbeal Kavanagh (2018-01-30 14:50:51)

+2

4

- Терри! Нет! – сбрасывая с себя навалившуюся тушу пса, Алистер услышал шум и возню в доме. Слегка приоткрытая дверь  качнулась и Дик попробовал осторожно освободить зажатую обломками ступени ногу.   Нога вполне свободно шевельнулась, но обломки стали так, что вытащить ногу, тем же путем, каким она туда попала, показалось не лучшей затеей. В стопу тут же уперлись ощетинившиеся обломки древесины. В этот момент  за спиной послышался шум падающей воды, и звук от падения чего-то легкого. Да что там творится? Алистер наконец разобрал слова и упоминание о ружье заставило напрячься кожу на голове. Этого еще не хватало. Алистер резко схватил доску подступёнка и рванул на себя. Сквозь противный визг сопротивляющихся гвоздей слышался топот внутри дома. Доска с треском оторвалась. Дик сунул ногу вперед и вверх, чувствуя, как дерево разрывает кожу ниже задравшихся джинсов. Но теперь нога пошла свободнее, и через секунду Алистер уже освободился из деревянной ловушки.
  В этот момент в дверном проёме показался ствол ружья и его двуногий носитель. Увидав хозяйку истерических выкриков, по поводу каких-то денег и дружков, Ричард не выдержал и расхохотался. И было от чего – девица неопределяемого возраста, завернутая в полотенце, со  вторым полотенцем на голове, которое умудрилось съехать набок, обнажая лисью, всклокоченную шевелюру с ружьем в руках. В довершение картины – самая важная деталь, которая и вызвала безудержный смех – это наполовину сползшая косметическая маска, подозрительно - розового оттенка, сваливающаяся, или стекающая комками с раскрасневшегося личика, и падающая на деревянный  пол и босые ноги. Ричард начисто забыл о ружье в руках этой особы и, хохоча, махнул рукой. Но стаффорд не понял причину этого жеста и расценил его по-своему. Нахальная псина одним прыжком оказалась возле красно-розовой фурии, и широким лопухом языка лизнула обнаженную ножку хозяйки, запачканную фрагментами маски.
Визг, который издала эта миниатюрная по комплекции девица, превзошел все допустимые параметры. Подпрыгнув на месте, она швырнула ружьё в пса и со скоростью стартующего болида «формулы – 1» метнулась в дом. Остановись она на месте, было бы все проще, но Терри кинулся вдогонку, оглашая миру свою радость от новой игры веселым лаем.
Алистер наконец немного успокоился от смеха и поднял ружьё, уже по весу легко определив, что это – всего лишь муляж, причем рассчитан на ребенка. Посмеиваясь, осторожно прошел в переднюю комнату и увидал стаффорда, который сидел возле ступенек ведущих на второй этаж и недоуменно лаял. Ричард сам воспитывал Терри, и некоторые правила были непререкаемые. Как, к примеру – не подниматься на второй этаж, без хозяина, если тот дома. Конечно, когда Дика не было рядом, это правило частенько нарушалось, но Терри знал, что наверху, для него слишком мало интересного. «Хам и джентльмен» - мелькнуло в мозгу Алистера. И он поправил штанину джинсов  на левой ноге. Царапины на коже были довольно глубокие, и кровоточили, но на данный момент было нужнее успокоить притихшую  наверху хозяйку. Как бы чего не удумала. Алистер взял планшет и достал из него конверт для хозяйки.
- Мадам? Мис, миссис Кавана? – Ричард неспешно поднимался вверх по ступеням на второй этаж,- Мэм, у меня для вас уведомление от городского судьи! Мэм, отзовитесь! 
Ситуация была более чем нелепа, и поэтому Дика буквально разрывало на части от смеха.  И хотя подниматься в помещение, где может находиться перепуганная истерическая особа, было немного страшновато, (а вдруг там есть и не бутафорское ружье?); Алистер чувствовал за собою некую вину, и хотел успокоить эту дамочку. Автоматически примечая разнообразный хлам в коробках и всевозможных и невозможных местах. Всякие старые рамки с фото, раритетный приемник, куча запыленных бутылок, (явно наследие покойного), телефон прошлого века, со свернутым вокруг него шнуром.  Хорошо еще электричество было.  И вода, шумевшая за дверью, слева. Перепуганная, истерическая, полуголая девица. Где ты прячешься?  В спальне, в шкафу? Или в ванной? Или попытаешься выскочить на крышу, через окно? Что у тебя на уме? После запугиваний полицией и размахиванием ружьём, с фанерным  прикладом и жестяными стволами можно было ожидать чего угодно. Скорее всего – в комнате, одевается. Ну а потом устроит разнос.
-  Мэм? – помощник шерифа направился в дальнюю по коридору комнату, - Мэм, вы здесь?
Внезапно сзади взвизгнула открывающаяся дверь, и когда Дик развернулся, на него обрушилось не меньше галлона  воды,  из какого-то таза. Инстинктивно отшатнувшись Алистер, зацепился за какую-то коробку, преграждавшую проход и еле устоял на ногах. Рыжая фурия метнулась обратно в ванную, и захлопнула дверь. В один прыжок Ричард оказался у двери. Рванул ручку на себя и получил двойную атаку в виде горячей воды из душевого шланга и истошного визга на грани слышимости. Мокрый, с головы до ног, полуоглохший от истерических воплей девицы,  Ричард уже не церемонился.  Вырвав шланг у дамочки из рук , мгновенно переключил воду на холодную направив на неё холодную струю воды. В довершение шокотерапии сделал самую зверскую гримасу и заорал на рыжую , что было мочи:
- А-а-а-а-а!!!!

Отредактировано Richard Alister (2018-01-31 06:27:25)

+2

5

Напрасны были слова и предупреждения. Напрасны угрозы. Таившаяся за дверью опасность не страшилась Каваны и ее оружия, будь оно тысячи раз настоящим. Лысая, бандитская рожа, издающая пугающие звуки, самый настоящий человекоподобный орангутанг, огромный и агрессивный, типичный выходец преступного мира, если судить по описаниям из любимых романов, и собравшийся откусить ей ногу бойцовский, клыкастый пес, чьи мокрые прикосновения сейчас огнем горели на подгибающейся коленке. Казалось, Кавана попала в какой-то кошмар. Пулей она взлетела наверх и рванула прямиком в ванную. Только захлопнула за собой дверь и с ужасом осознала, что не видит перед собой даже жалкой металлической закорючки, не то что защелки. Метнувшись в узком пространстве то в одну сторону, то в другую, Изабо заломила руки, теряя драгоценные секунды, бросилась к тазу с водой и подтащила его к двери, вооружившись всем, что попалось под руку. Полотенце с волос сползло в сторону, она отбросила все ненужное и мешавшее драться, вознамериваясь если не отстоять свою жизнь, то по крайней мере подпортить ее бандиту. А если он не один? И каковы шансы, что ее вопли могли услышать? Ничтожны, но надежда все равно была, а потому Изабо сосредоточилась и набрала в легкие воздух. Она будет кричать изо всех сил. Она...
Сердце рвалось из груди, колотилось в ушах, заглушая чужие шаги по коридору, дышать было тяжело, голова шла кругом, но Кавана крепилась, затаившись и приготовившись, дрожа так сильно, что, казалось, зубами отстукивала частую дробь. Неизвестность давила, но она услышала его. И сделала первый ход.
Когда в дверном проеме внезапно образовалась перекошенная яростью морда чудовища, напавшего на ее дом, Кавана пустила в ход свое главное оружие - она завизжала изо всех своих сил, надеясь, что старенькая миссис Майлз сегодня проснется пораньше или отправится в город. Или кто-нибудь случайно будет проезжать мимо. Не могло все закончится для нее вот так. Приехать сюда, начать новую жизнь и расстаться с ней из-за долгов отца? Где справедливость? Ну, хотя бы маленькая! Изабо была не в себе. Из рук вырвали шланг да так легко, что стало обидно: она то держала его очень крепко. Чудовище заполнил собой все пространство ее маленькой ванной, такой большой и жуткий, с абсолютно лысой башкой на толстой шее и выпирающими, бугрящимися мышцами, будто живыми, выглядывающими из одежды. Холодная вода заставила ее задергаться, попытаться закрыться руками. Она попадала в нос, в рот, который рыжая отчаянно не закрывала и продолжала пытаться давить писки и визги, пока не услышала как из чужой груди нарастает нечеловеческий то ли крик, то ли рев. Чудовище зарычало, заревело диким, душераздирающим ором, так что волоски на теле мадемуазель вместе с сосками принялись неприлично топорщиться, видимо изобразив таким образом боевые стойки и выражая тем крайнее недовольство хозяйки, а нервные окончания загудели, как натянутые провода, в которых разом закоротила проводка. Голос как-то пропал сам собой, истерика улеглась. Так звери выясняют кто же здесь главный. Мелочь, вроде Каваны, в принципе должна после такого падать на спину и задирать к верху лапки, подставляя вожаку беззащитный живот. Но у Изабо хватило благоразумия остаться стоять на ногах, зажмурившись, будто бы это каким-то образом могло ей помочь, тяжело дыша, дрожа от холода и вжимаясь в ванную за своей спиной. Нога ее отчего-то стояла ровно в блюдце, перекочевавшем на пол в ходе борьбы. В нем были остатки земляничной маски. Изабо почувствовала как тарелка скользит по кафелю, опора уходит в сторону, а саму ее стремительно уносит назад. Она даже не упала, а завалилась, усевшись на дно ванны, скользнув с ее бортика, при этом сверкнув в воздухе ножками, одна из которых была перепачкана белым пахучим, земляничным кремом, добрая часть которого в полете оторвалась от пальцев ноги и шлепнулась ровно по центру головы бандита, точно как навершие у пирожного, и кое где по мелочи на его рубашке.
Кавана честно попыталась сморгнуть картинку. Разок, другой хлопнув глазами как пучеглазый филин. Блюдце с легким шелестом остановилось у ног зверя в оглушающей, пронзительной тишине. Изабо задергалась, но уже молча, подобрала под себя неуместно выставленные ноги, чтобы снова попытаться подняться, потуже утягивая полы расхлестанного халата. Она схватила с бортика нежно-розовый женский станок, который не успела убрать, и выставила его перед собой как единственное оружие. В глазах ее плескалось негодование, но, кажется, продолжать истерику она уже не собиралась. Или же копила силы. Вооружившись, рыжая медленно, стоя ногами в ванной, выпрямилась во весь рост.
- Предупреждаю вас! - о чем она собиралась его предупредить, она еще не решила, так что врала самозабвенно, уверенно, придумывая на ходу, и с яростью глядя прямо в глаза, время от времени сдувая с носа мокрые пряди волос, упавшие на лицо, - Сейчас вернется мой муж! А он у меня новый помощник шерифа Ривер Форка! И он не пожалеет вас. У вас ровно минута, чтобы убраться из этого дома. Он убьет вас на месте. Вы вломились на частную собственность! - на последней фразе от страха голос ее немного дрогнул, но не из того теста была Изабо, чтобы позволить себе проколоться на такой мелочи. Не показывай ему своего страха, - умоляла она себя.
- Брать у меня нечего. Отец не оставил мне ничего! Неужели вы полагаете, что я поверю, что вы работаете в полиции? Или откуда вы там говорите. Я не настолько наивна! - нервно рассмеялась она, - Это же смешно! Вы давно смотрелись в зеркало? Вы - чудовище! Настоящий бандит! Бродите по ночам под моими окнами, преследуете и не даете спать. Угрожаете, что убьете, если не отдам деньги отца. Ворвались в мой дом и напали на меня! Кто доверит вам письма? Ваша собака меня покусала! - она указала ему станком на свою, пострадавшую коленку, выставленную в прорезь халата, - О, mon dieu!* Теперь вы собрались воспользоваться мною, чтобы удовлетворить свои низкие, дикарские потребности? - она выговаривала его как учительница может выговаривать своего ученика, ни на секунду не сомневаясь, что права на все сто.
- О, не говорите, что это не так! Я же вижу как вы смотрите, - ну, он действительно только что пялился на ее колени, - Немедленно покиньте ванную, - не попросила, но приказала она ему, вздернув упрямо подбородок и, как и полагает, выпрямив спину. Бритва в ее руке указывала незнакомцу ровно на дверь и при этом подрагивала. Не смотря на лихой вид, Изабо была сильно напугана.
- И я обещаю, что не буду жаловаться мужу и писать заявление в полицию. Даю вам слово.


* - о, боже мой (фр)

Отредактировано Isbeal Kavanagh (2018-01-31 21:37:31)

+3

6

Истерика мгновенно улеглась, и дамочка, в промокшем халатике вжалась в ванную. И слава богу, не пришлось использовать третье средство, для успокоения. И уж тем более, не четвертое. Вода смыла маску, и её остатки медленно сползали вниз на полы шелкового купального халатика. Алистер начал успокаиваться, тяжело дыша после собственного крика. Чуть голос не сорвал, чтоб тебя… Разглядывая рыжую мокрую девушку, Ричард чуть не зашелся в истерическом смехе, видя то, как она пытается инстинктивно скрыть  от него все женские прелести, влипающим мокрым шелком, который прикасаясь к телу становился второй кожей, только нежно - сиреневого цвета, с узорчиком. Будто пришелец,  с дешевого сериала. Отчетливо была видна линия бедер, талия и грудь, с торчащими холмиками сосочков.
Ричард набрал воздуха, и было открыл рот, чтобы заявить этой особе, что она нападает на представителя власти, или еще какой-нибудь шуткой – экспромтом немного сбавить напряжение у девицы, пока она не разревелась, но тут произошло нечто неожиданное. То ли у девицы сдали нервы, то ли она инстинктивно оттолкнулась, испугавшись, когда Алистер начал открывать рот – неизвестно. Но халатик резко провалился в ванную, мелькнули белые ножки, и какая-то дрянь влепилась в верх лба помощника шерифа, как только тот, склонившись,  поддался вперед, чтобы подхватить падающее в ванну тело. От неожиданности Рик отступил на шаг назад, чувствуя, как что-то липкое растекается по голове, и ошарашено взглянул под ноги, где в стопу ударилось блюдце. На какую-то секунду мужчина потерял дар речи, и этого было достаточно, чтобы сиреневая инопланетянка, встряхнув рыжими лохмами, встала в ванной и перехватила инициативу. Но вместо ожидаемого плача, или визгов, на ошалевшего Алистера посыпался целый град угроз, нелепых до безумия.  Буквально за минуту он узнал, что новый помощник шерифа, Форрестер – двоеженец, и вместо любимого бейсбола, он сейчас будет здесь, чтобы убить его,  товарища по службе.  Ну а после угроз начались вовсе фантастические обвинения, что он, бандитская рожа, лазает под окнами по ночам, преследует, травит собаками, а в этот раз вообще, пришел с намерением её домогаться. И продемонстрировала довольно привлекательную ножку. Причем врала так самозабвенно и быстро, что можно было залюбоваться покрасневшим личиком, и стойкой обнаженной королевы иного мира, указывающее на врага своему войску, при помощи меча, в виде бритвы розового цвета.
Еле сдерживая смех, Алистер, взглянул в мокрое зеркало на себя и съезжающую по бритой голове массу, быстро наклонился и смыл её в раковине.  Потом, задыхающийся от смеха,  сделал пару глотков холодной воды, прямо из крана и отступил к дверям. Определенно, этот день навсегда запомнится, давно так не веселился.
-Мэм! Одевайтесь,  и я жду вас на кухне! Если придет ваш супруг, и увидит нас в таком виде – определенно сперва убьет обоих, и лишь потом начнет задавать вопросы,- Ричарда уже начинало колотить от смеха, лишь только поднимал глаза на девушку. Даже если сейчас ему на голову рухнет наковальня – день определенно удался! 
- Я вам кофе заварю,- как можно спокойнее произнес Алистер и выскочил в коридор, подняв с пола планшет и намокшее письмо-извещение, быстро спустился вниз, на кухню. Лежавший  у ступенек стаффорд поднял голову и вскочил, глядя на хозяина.
-Терри, гулять! – скомандовал улыбающийся на всю ширину рта Алистер, и вдруг его взгляд уперся в зеленый корпус телефона, обмотанный проводом. На втором этаже послышалась какая-то возня, но криков и визгов не последовало. Думает, что я испугался и свалил. Ладно, посмотрим, как будешь врать дальше. Со старым аппаратом в руках Алистер шагнул на кухню. Поставил  на круглый обеденный стол, и положил конверт рядом. Спрятал оборванный провод  так, чтобы он был со стороны окна и переставил  к окну стул.  Быстро набрал воды в чайник, достал две чашки с блюдечками, и выставил на противоположном конце стола. Получить порцию кипятка из чайника, или чашки не хотелось, но Ричард понимал, что нужно рискнуть, и с этой импульсивной и непредсказуемой дамочкою, которая возилась наверху. Иначе разговор не состоится. Подобное вытворять можно лишь с большого перепугу, значит ей действительно кто-то угрожал, или требовал денег.  То, что дамочка может выстреливать словами, как пулемет, и при этом даже не стесняться, сыпля всякой ерундою, так что слова не вставить, Алистер уже убедился. Теперь оставалось лишь поймать её за язычок и заставить притихнуть. Плохой - хороший коп. Это сработает. Любой, кто знает психологию, хоть немного, но манипулирует сознанием. Это происходит произвольно, даже без умысла, и Алистер положил на скатерть последний штрих – своё удостоверение. С удовлетворением рассмотрел расставленную ловушку. Обычно человек, входящий в помещение обращает внимание на крупные объекты, потом на более мелкие, и лишь потом рассматривает детали. Соответственно, сперва в глаза бросится телефон с вращающимся диском, потом конверт с уведомлением и его планшет. Ну а удостоверение, лежавшее на краю стола, будет замечено в последнюю очередь.
Скинув измазанную, мокрую рубашку Рик сел под  окно и начал слушать, что творится на верху, попутно рассматривая детали комнаты. На взгляд Алистера, было много декоративных и ненужных элементов, как вазочка из хрусталя, или корзинка для печенья, но все же, согласился, что всё вместе – выглядит неплохо, достаточно для создания атмосферы истинно домашнего уюта. Хотя обновить краску на стенах явно бы не помешало.
- Дамочка заставляет себя ждать, - хмыкнул Рик и громко постучал ложечкой по стеклянной банке, стоявшей на полу. Когда же послышался шум шагов на лестнице, быстро поднялся и включил электрочайник.

Отредактировано Richard Alister (2018-02-01 16:21:54)

+2

7

Одевайтесь? Изабо хватило быстрого взгляда на свою одежду, чтобы судорожно попытаться прикрыться, осознавая какая щекотливая картина только что была в обозрении этого весельчака. И да, мужчина еще, кажется, веселился по этому поводу! Что же здесь смешного?! Кавана не было смешно от слова совсем. Прикрыть "все", разумеется, не получалось, поэтому она, застыв посреди ванной с ужасом и смущением взирала на то как он смывает со лба остатки крема и спокойно выходит, не трудясь хотя бы для видимости поторопиться, чтобы избавить ее от возникшей неловкости. Невоспитанный! Невоспитанное чудовище! - сердце продолжало перепуганной птицей биться в груди о ребра. Ей бы обрадоваться, что мужчина вышел, не довел свое черное дело до конца, но уверенности, что он покинул ее дом не было, а нервы, увы, были совсем не железные. Так что прежде чем переступить бортик ванны, умыться и прокрасться в спальню, Изабо какое-то время ждала, прислушиваясь к происходящему вне стен комнаты, дрожала от холода и пережитого страха, и не шевелилась, все еще сжимая в руках дурацкий станок.   

Вспоминая как в любимых романах славные воины собирались в бой, облачались в доспехи и серьезно готовились к битве, Изабо суматошно носилась по комнате, испытывая невыносимый стыд и при этом не переставая шипеть тихонько под нос что-то о невежественном чудовище, о хаме и его возмутительном поведении. Ругалась она то на английском, то на французском, негромко, но вкладывая в слова все свое возмущение. Отчего-то именно улыбка на лице негодяя уязвляла ее особенно сильно.
- Если приедет мой супруг? Как он посмел! Невоспитанный, грубый мужлан.
И дело бы не в том, что ей действительно доставляло сейчас удовольствие подрагивающими от волнения руками бороться с пуговицами и чулками, оттягивая время, но что-то древнее и важное было в этом, как в ритуале. И эти правила придумала не она. Ей просто необходимо было как-то себя защитить, залатать в себе эти дыры, почувствовать себя пусть в мнимой, но безопасности капрона и шелка - извечных спутников каждой женщины. Даже индейцы считали недопустимым выходить на бой без боевой раскраски, так что окунувшись в изучение истории штата Айдахо, так как этого требовала подготовка к школьному спектаклю, она была уверена, что поступает правильно. В любой непонятной ситуации - одевай свои лучшие туфли. Конечно, не самое разумное решение, но Изабо это помогало не раз. Она собирала волю в кулак, застегивалась до последней пуговки, вооружалась каблучками, проводила рукой по бедрам, обтягивая длинную и узкую юбку вниз и чувствовала себя лучше, оставляя неприятности позади. В этот раз она решила поступить также.

Дверь тихо скрипнула, выпуская ее наружу, а Изабо возвела глаза к потолку и вздохнула, понимая, что половицы выдадут каждый ее шаг в этом доме, так что прокрасться все равно не выйдет. Скорей всего он уже убежал. Поверил, что сейчас вернется ее муж. Нужно спуститься, проверить дверь, закрыть ее, а еще лучше сходить к миссис Майлз, позвонить от нее в полицию. И завтра же купить себе новый мобильный телефон. Все три прежних отправились на кладбище для телефонов. Каждый раз после звонка или эсэмэски Саймона. Так что телефоны Изабо не просто не любила. Била их об стены, а если они не ломались с первого раза, повторяла процедуру несколько раз. Элегантно, без воплей, целеустремленно и тихо. И дышалось после такого легче. А вот посуду как-то бить было жалко. Во-первых ее приходилось чаще менять. Во-вторых идеально убирать осколки было сложнее. Она натыкалась на них и резала ноги. В конце-концов купила симпатичные домашние туфли и небьющиеся тарелки, но от тоски излечиться это не помогало.
- Я в своем доме, - пыталась убедить она себя.

К концу лестницы она уже обрела уверенность, что неприятности минули ее стороной, и ускорила шаг. На последней, самой нижней ступеньке она резко притормозила. Стала как вкопанная, во все глаза глядя на сюрреалистическую картину и, кажется, ожидая, что на нее снова набросится пес. Ну, или кто-то набросится. Демонстрировать свой страх Изабо не стала, но и сдвинуться с места себя заставить она не могла. Возможно, планировала бежать обратно, если незнакомец или его собака проявят агрессию. Удивительно! Но этот грубиян не только не ушел, но и, кажется, во всю хозяйничал на ее кухне. Изабо нахмурилась.
- Неужели вы подумали, что я шучу про мужа? - сорвалось нервно с ее языка. Собаки не наблюдалось, а стоять и мяться на ступеньке выглядело подозрительным. Она и правда не собиралась показывать ему свой страх, а потому вошла в кухню, на всякий случай оглядываясь и сохраняя дистанцию, мысленно вознося молитвы мифическому супругу, чтобы он ее спас.
Тут она заметила телефон и лежащие на столе предметы. Румянец на щеках Изабо стал ярче, но она смотрела на мужчину гордо и прямо, правда не совсем зная куда деть руки и на всякий случай поглядывая на входную дверь. Если он отвлечется, она сможет выбежать из дома и позвать кого-то на помощь. Но слишком уж уверенно себя вел преступник. И это заставило сомневаться, но не смотря на это, шажок к двери сделала. Пока что первый. В этот самый момент закипел чайник. Кавана вскинула глаза на мужчину и в них совершенно четко и ясно он мог прочитать острое желание начать спасаться бегством. Силой воли она как-то удержала себя на месте.
- Он сейчас вернется. У вас еще есть шанс уйти, - она глянула в сторону окна, будто высматривая на дороге любимого мужа, который вот-вот должен подъехать и открутить голову одному очень наглому человеку. Демонстративно так поглядывая. Помощник шерифа - должность, которую стоило уважать. Надо было сказать, что шериф, но такие люди обычно широко известны в городе. Мало ли. Вдруг, чудовище его знает в лицо? Холодная струйка дурного предчувствия чертила линию по затылку к лопаткам: волосы никак не желали сохнуть.
- Поверьте, в отличии от меня, он вас жалеть не станет. У вас будут проблемы с полицией. Я, как и обещала, не буду подавать заявление, но мой муж не проявит к вам милосердия, уж будьте уверены.
Почему он не уходит? Почему остался? Почему?
- Кем бы вы ни были, он не простит вам вашего беспардонного, грубого поведения, - тут она отчитала его тоном школьной училки, делая акцент на "беспардонном и грубом" возможно, уверенная, что это сработает точно также, как работает на ее учениках. Незнакомец примет виноватый вид, вытягиваясь перед ней по струнке, опустит голову, забубнит оправдания и в конце концов извинится. А она пожурит его пальчиком и попросит больше так никогда не делать. Изабо повернулась к нему от окна.
- Кто вы такой и что вам надо?

Отредактировано Isbeal Kavanagh (2018-02-02 22:22:57)

+2

8

Алистер терялся в догадках.  Спустившаяся по лестнице  девушка мало походила на ту визжащую под струей воды особу, в облегающем халатике. В блузке, нежно-кремового цвета. В  длинной юбке, почти до средины икр, персикового оттенка. В легких, но закрытых туфлях, на каблуке не менее трех дюймов. Даже успела соорудить на голове подобие прически. Но волосы, похоже, и так мало послушны, от природы, так еще и недостаточно высохли. Но самое ошеломляющее это была походка. Легкие быстрые шажки были наполненные неподражаемой грацией той самой походки, которая появляется у женщины, когда её разглядывают мужчины. Но при этом, в семенящем резком шаге просматривался страх, и как ни странно – решительность.  Сделай Алистер хоть какое-то резкое движение – так она вновь умчится со скоростью экспресса, но при этом  она была готова отстаивать свою территорию от вторжения чужака. Оденься она немного в темные тона , в брючный костюм, или накинь хотя бы пиджак, который бы придавал ей менее женственности,  то Ричард предположил бы, что она либо менеджер, либо адвокат. А так она была похожа на училку младших классов, или чего подобное. Вся эта напускная строгость в момент слетит, если вдруг резко встану. И побежит перепуганным зверьком, не разбирая дороги. Хорошо, если наверх, обратно. А если на улицу? Вспомнив, какие он произвел разрушения с крыльцом этого дома, Ричард решил быть как можно тише, чтобы не спугнуть эту вполне симпатичную девушку.  Да, как ни странно, но выглядела она очень даже ничего. Хоть и заметно волновалась, тряслась от страха, то бледнела, то покрывалась пунцовыми пятнами на лице. Хрупкая, утонченная. Дика не привлекал подобный тип девушек, его предпочтения обычно можно встретить в фитнесс залах, или на беговых дорожках. Крепкие ножки, подтянутые  икс-образные фигуры. Развитые бедра, развернутые плечи,  и колышущийся в такт  движений бюст – таких девочек здесь хватало, и все они периодически мелькали перед глазами Дика, в тренажерке у Большого Тома. Впрочем, даже не мелькали, а задерживались, просили посмотреть, какие-то растянутые связки, проконтролировать правильность положения тела,  при том или ином упражнении.  Ну и завести обычные разговоры, с полуприктытыми намеками, на ужин,  с продолжением. «Бабочки – однодневки», как называет их Томас. «С ними интересно раз, два. Ну три раза, а потом ты понимаешь, что все они – различаются лишь именами, весом, и размером сисек. Ну и цветом шевелюры» - перед глазами встала картина вечерней набережной, где двое здоровых парней сидели за пивом и трепались,  о чем попало.
Рыжая истерическая леди подошла поближе, видя, что Ричард не представляет в данную секунду опасности.  Алистер был более чем уверен, что стоит ему чихнуть, как тут же кухня наполнится ревом сирен оповещения воздушной тревоги. А сама «сирена» поставит мировой рекорд, в беге по сломанным ступеням, на каблуках. Если конечно введут такую спортивную дисциплину. Девушка опять затараторила о муже, явно мифическом, потому как из «мужского мира» в доме были лишь бутылки и поношенные вещи покойного Логана, причем не на виду, а рассованные по коробках. Ричард нарочито медленно поднял руки и скрестил их на груди, показывая своей позой безмятежность.
А телефоном не воспользовалась. Или помнит, что на нем оборван провод, или до конца не успокоилась. Ладно подождем еще немного. Однако,  в этой девчонке что-то есть.
Закипевший чайник разрулил ситуацию. Алистер специально занял позицию подальше от него и чашек, вынуждая хозяйку, вычитывающую вторгшегося в её дом  мужчину к автоматическим действиям. Алистер, на всякий случай приготовился к тому, что леди, вместо того, чтобы налить кипяток в чашку плеснет в него из чайника, или запустит в него опасный электроприбор. Свариться в его планы не входило. Если что – буду прыгать в сторону, на пол. Расстояние от чайника будет свыше трех ярдов,  успею уклониться от него, или воды.
  Девушка продолжала вычитывать Алистера уже тем незабываемым тоном, каким читают нотации набедокурившим детям. Точно, учитель  или воспитатель.
- Мэм, кофе,- Ричард не двигаясь кивнул на чайник,-  мне без сахара, будьте так любезны.
Стараясь говорить спокойно, добродушно, как со старой знакомой, чтобы не вызвать никакой агрессии с её стороны и держаться естественно, Алистер все же напрягся немного в ногах,  и внутренне сжался, готовый к прыжку в любую сторону, если понадобится.
- Вам письмо, на столе, перед вами. Убедитесь сами, что не вру. Прочтете – распишитесь, в получении, бланк в планшете, сверху первый. Только прошу, не залейте его водою. Мне еще его сдавать.  А кстати, где же ваш сынок, Френк? Я слышал, что у помощника уже довольно взрослый парень.

Отредактировано Richard Alister (2018-02-03 13:19:16)

+3

9

Кофе? Удивление было написано у нее на лице. Уж чего она не ожидала, так это просьбы сделать ему кофе. Такой простой, человеческой и... понятной. Наверное, было бы правильным отказать. В конце концов он вторгся в ее дом и напугал до смерти. Хмыкнув, Кавана гордо приподняла подбородок и с видом королевы на променаде в Гайдском парке на глазах у своих верноподданных (при чем явно провинившихся и не заслуживающих ее внимания) продефилировала между стульями и столешницами к стоящему на столе чайнику, очень стараясь не упускать надолго из вида мужчину, не сводящего с нее напряженного, пронзительного взгляда.
Изабо пробежалась глазами по внутренностям кухонного шкафчика на уровне плеч, насчитав пару пачек разного кофе, несколько пакетиков каркаде и зеленого чая с мятой. Затем, предупреждающе зыркнув, нырнула в темное нутро нижнего шкафчика, помня что где-то хранила хороший, но чертовски крепкий, ядреный кофе, привезенный ей в подарок сестрой из Эмиратов. Специфическим людям - специфическое угощение. Все под стать ситуации. И в момент, когда на кухне прозвучало имя ее несуществующего сына, резко дернулась вверх и звонко приложилась затылком, едва не присев на корточки на дрогнувших от такой неожиданности ногах. Ухватившись за голову, пошатываясь, Изабо выпрямилась, а волосы разметались ей по плечам. Прижимая к груди банку, она терла шишку и мучительно пыталась сообразить, что же все-таки упустила во всей этой мутной, непонятной истории. На всякий случай, пользуясь ситуацией, Изабо выхватила из полки, к которой была очень близко, огромный кухонный нож. Она все собиралась его заточить, но как-то забывала.
- Оставайтесь там, где стоите, - на всякий случай предупредила она, - Или нет, - вспомнила про кофе, - Лучше садитесь за стол.
Рука с ножом аккуратно и медленно опустилась рядом с чайником, положив оружие, так, чтобы в случае необходимости она могла за него снова схватиться.
- Сейчас сделаю вам кофе. Ну же, - убрала она рыжую прядь за ухо и поморщилась от стреляющей боли в затылке, - Я не собираюсь на вас прыгать с ножом, если вы проявите благоразумие и посидите спокойно.
Нож она не трогала, но так чувствовала себя спокойней. Пыталась себе это внушить.
- Френка сейчас нет, уважаемый, не знаю как вас там звать. "Чудовище" - кажется, я так вас уже называла? - она пыталась язвить, пряча под этой маской волнение. Нож, письмо, ее вынужденная ложь, а также тот факт, что он каким-то боком что-то знал о семье помощника шерифа - все это было нехорошо, - Вы не против, если буду вас так называть? Вы не представились, - отчитала она его и щедро сыпанула ему в чашку кофе. Затем сердито смерила его взглядом, полоснула по нему отчаянием загнанной в угол женщины, и подсыпала еще. С горочкой. Как говорится - от души. На предметы лежащие на столе она посмотреть боялась. Руки привычно и легко заваривали кофе, выполняли механический движения, что приносило некоторое спокойствие. Впрочем, спокойствием рядом с этим громилой это можно было назвать разве с натяжкой.
- Так вот если бы Френк был здесь, вы бы об этом непременно узнали, - она сказала это так угрожающе, будто бы Френк несомненно встал бы на ее защиту. Раз взрослый, значит уже мужчина. Наверное, она всегда мечтала о таком сыне. В конце концов нужно было завести хотя бы кошку. Но Кавана никак не могла заставить себя пустить корни. Все было еще чужим. Эта земля стала скорее местом изгнания, чем новым домом. И это горький факт, который она отказывалась принимать.
- Ваш кофе, - чашку она пододвинула к нему вежливо и спокойно, стараясь не пролить ни капли. Поставила ровненько напротив него, и замерла в ожидании, когда он сделает первый глоток. Она ждала, что он, как минимум, поморщится. Горький, черный, без сахара? Нет уж кофе должен был сладким. По кухне плыл насыщенный аромат горячего кофе. Кавана не сводила глаз с "чудовища" и сыпала себе в чашку сахар, не замечая, что давно уже превысила все допустимые нормы. Опомнившись, отодвинула сахарницу и села напротив мужчины, демонстративно пальчиком подтолкнув нож, протянув его по столу и оставив лежать между ними. Перед нею лежали письмо, планшет и... Изабо не поверила своим глазам и шумно сглотнула комок в горле. Удостоверение, которое ни с каким другим перепутать было нельзя.
- Это... - вмиг все ее бахвальство и попытки храбриться сошли на нет. Она заполыхала щеками, захлопала глазками, смущенно отводя их в сторону и старательно не глядя на него, - Вы...? Только не говорите, что...
Дыхание у Каваны перехватило. Стыд припечатал ее к стулу. Она смотрела то на письмо, то на планшет, проведя по нему пальчиком.
- Но... - кажется, у нее закончились слова. И еще она никак не могла заставить себя поднять глаза на мужчину. Письмо. Вот почему он здесь. И вот почему не уходит. Вот почему не боится так называемого мужа. И... Изабо поджала губы.
- Но, - голос у нее неожиданно задрожал, - Почему вы не сказали сразу? - сердце протестующе подкатилось к горлу. Рука на автомате вывела нужную закорючку и обессилено опустилась. Ишбел Кавана - ее имя. Она не помнила когда в последний раз испытывала подобные чувства. Проклятое письмо лежало перед ней, но она уже догадывалась о его содержимом. Мне так стыдно! - симафорили красные щеки и уши, а глаза пощипывали с трудом, но старательно сдерживаемые слезы.
- Вы... - очень удобно, когда у тебя длинные волосы. Легкий наклон головы и можно попытаться скрыть смятение, завесившись волосами как шторами.
- Но эта собака... Почему вы так шумели? - вы напугали меня! - Почему не позвонили? - Изабо никак не могла привыкнуть к новому дому и совсем забыла о нерабочем звонке, - О, mon dieu, - она уронила голову на руки и тихо застонала.
- Теперь вы меня еще и арестуете? - отчего-то Изабо была убеждена, что ничего хорошего ее не ждет в любом случае. В довесок к суду, долгам отца и неприятностям с местными, не хватало еще ареста и какого-нибудь неблагозвучного обвинения. Например в том, что пыталась утопить представителя закона в своей ванной, предварительно размазав по нему маску, предназначенную для выведения веснушек. Или угрожала ему ножом. Это уже серьезней. В школе оценят. Да и в тюрьме это немного придаст ей весу. Это определенно была не совсем та "новая жизнь", к которой она стремилась в Ривер Форк. Но, судя по тому, что происходило, иначе у нее уже и быть не могло.

Отредактировано Isbeal Kavanagh (2018-02-06 10:14:44)

+3

10

Если признаться честно, то Алистер немного вспотел, как только девушка взялась за чайник. Он напрягся и внутренне приготовился ко всему – полету чайника, чашки, боевому кличу команчей, как в старых кинофильмах. И лишь только, когда она взяла в руки тесак – позволил себе расслабиться. Обезоружить женщину с ножом намного легче, нежели со сковородою. Это Алистер знал по собственному опыту, еще из  Калифорнии. Был тогда забавный случай, если посчитать полученные ожоги за забаву.
Кофе, которое приготовила мадам Кавана, было сродни иранской нефти и жидкому гудрону. Хотя и пахло от него , как ни странно, но кофе. Ричард заметил, сколько ему отмеряли, от «щедрости душевной», поэтому и лишь слегка попробовал. Результат его впечатлил. Кофе действительно было таким, что даже возникло желание кинуть в него монетку, и смотреть – утонет ли? Да и пристрастием к этому напитку Ричард не страдал. «Чудовище» лишь сделал вид, что пьёт, продолжая внимательно изучать лицо девушки. Явно храбрится, показывает эдакую надменную особу, вроде как на сцене. А сама дрожит, как лист на ветру. Но стареется показать, что хозяйка на своей территории, и будет стараться держать мину.  Это немного забавляло Алистера, и он ждал продолжения, какой-нибудь басни, в стиле, «сейчас приедет муж, и сын Френк. Он помощник шерифа, а сын тренирует сборную штата по тхэквондо  и стендовой стрельбе одновременно. Похоже, мифический сын у мифического мужа уже резко вырос, в почве напитанной страхом девушки до возраста, способного серьёзно напугать Алистера. Вот только сегодня шестилетний  Тедди скорее всего потащит свою маму Клэр, куда–нибудь на  лужайку, или к озерам. Ну и соответственно, помощник шерифа, их глава семьи,  Майкл Форрестер, даже не догадывается о том, что его здесь поджидает рыженькая женушка, вместе с мифическим сыном – Френком.
Девушка наконец положила нож, и заметила разложенный «натюрморт», приготовленный Ричардом. Бегло изучив его, она начала с неожиданной точки отсчета. Ни подставленный телефон, ли письмо её не заинтересовали, в отличие от самого незаметного предмета – служебного  удостоверения. Ну, что же. Случилось то, что должно было случиться. Конечно,  можно было съехидничать, что когда в тебя поливают водой, не время для представления, или что-то в этом роде, но Алистер понимал, что сейчас лучше промолчать, пока мисс, или миссис Кавана полностью осознает ситуацию. Да и сам-то хорош. Пришел рано, развалил порог, напугал собакой. Просто отлично себя вел. Образец, для подражания. Штурмовал дом, как будто здесь дюжина террористов сидит. Ощутимый укол совести застал Ричарда врасплох. Действительно, сам – тоже не подарочек, и реакция вполне нормальная, как для ситуации. Ну а то, что ситуация – «не ах», было понятно уже явственно. Хрупкая девушка, пряча свое пунцовое лицо за ладошками и сбившейся огненной прической, была не просто расстроена.  Это была обреченная покорность судьбе. Похоже, холерик и хорошая порция меланхолика. Потеряв опору под ногами, она от беспомощности впадет в депрессию, или еще хуже, решит закончить жизнь, как только Алистер отъедет от двора. Все может быть, с такими импульсивными особами. А вдруг и правда? Черт, Дик, тебе же с этим жить потом. «Ну,  уж нет, только не на моей смене», как говаривал старый Кэрриган, бывший напарник  из  Сан – Хосе. Надо её срочно переключить в иную сторону. А то только выйдет он на крыльцо и … Крыльцо! Сломанные ступеньки, так все это началось, значит так и продолжим.
- Мисс! А у вас аптечки не найдется? – может, конечно, это и миссис  Кавана, но слишком молода. Алистер привстал со стула и закатил штанину, на поцарапанной ноге. Кровь уже почти везде остановилась, лишь кое-где виднелись свежие, яркие  капельки,  но вот на коже было довольно приличное подсохшее пятно, - Я бы с удовольствием немного себя подлатал.
Тот факт, что в автомобиле есть отлично укомплектованная аптечка, в которой помимо стандартного набора находилось больше, чем это необходимо, Ричард умолчал. Нужно было немного встряхнуть, вернуть в реальность и заставить чем-то отвлечься эту девушку,   а то еще ударится в слезы, и успокаивай её потом. Лишь когда она подняла голову и взглянула на Алистера затуманенными глазами, Дик вдруг подумал, что возможно лишь усугубил ситуацию. А вдруг она боится крови? Черт…

Отредактировано Richard Alister (2018-02-08 07:54:38)

+2

11

Чудесное завершение бессонной ночи. Она сидит, едва не плачет, а незнакомый человек сейчас вынужденно примется ее утешать и говорить всякие глупости. Изабо уже приготовилась его за это возненавидеть.
Но, оказалось, ее персональное, нафантазированное чудовище было ранено. При беглом взгляде по поцарапанной ноге - ранено смертельно, и почему то по ощущениям самой Каваны, по тому острому чувству вины, которое она испытала, ранено именно ею. Ее безмерной глупостью. Ее попытками отстоять свою жизнь, когда человеку по службе понадобилась лишь ее закорючка под документом. Первый человек, который не пытался с нее чего-то стребовать, получил все то, чего заслуживали другие.
- Сейчас... - Изабо метнулась в сторону соседней комнаты, потом обратно к нему, все еще стоящему с закатанной брючиной, удивительно трогательному, если так можно сказать о широкоплечем и высоком мужчине с бандитской рожей и удостоверением законника в кармане.
- Идемте, садитесь сюда, - она умела говорить так, чтобы ей не хотелось перечить. Умела заботиться, умела волноваться, сходить с ума за кого-то и умела искренне желать человеку помочь, даже если он ее при это все еще сильно пугал. Поэтому, едва приблизившись к мужчине, Кавана невольно притормозила и дернулась, будто опомнилась, и ее испуг при взгляде на него вернулся, но она тут же взяла себя в руки, поднырнув под его руку, скользнув рукою по его талии, словно могла его удержать, как медсестра раненого бойца на поле боя. И повела его в сторону старенького дивана, накрытого пледом. Майка у него все еще была мокрая, а под ее ладонью отчетливо перекатывались мускулы. Чудовище... Оставленная на столе чашка крепкого, арабского кофе смотрела на рыжую с укоризной. Возможно, читала ее мысли. Изабо вздохнула. Кто кого вел к дивану еще не известно, но Кавана искренне хотелось верить, что она его. Отцепившись от своего уже гостя, Изабо бросила ему под спину пару подушечек и настояла, чтобы он присел, а ногу свою водрузил на мягкий, тут же подставленный пуфик.
- Я сейчас, - выдохнула она и умчалась, чтобы хлопнуть дверью одной из нежилых комнат, зашуршать коробками, ругая себя на чем свет стоит, что до сих пор не разобрала их все. Потом смущенной пулей пролетела мимо него на второй этаж, деловито и быстро цокая каблучками, а наверху устроила настоящий разгром, выискав все-таки то немногое, что в нормальных домах зовется аптечкой, сделав себе зарок на будущее все-таки довести дом и его содержимое до ума.

Слетела по лестнице вниз, словно боялась, что пациент без нее уже находится при смерти и высыпала на диван рядом с ним все свои находки как есть: бинт, ватные кружочки, антисептик, щипчики, пилочку, не початую пачку антидепрессантов, почти закончившиеся антибиотики, снотворное и что-то от головной боли. Содержимое так называемой аптечки не могло не радовать обилием бесполезных вещиц. Впрочем, аптечкой это и назвать можно было с натяжкой, скорее косметичкой. Изабо не называла. Она просто схватила то, что нашла и что выскребла из полочек и дамских сумочек. Единственное, что осталось от Логана - это литровая, темная бутылка с надписью Hydrogen Peroxide. Вымыв на кухне руки и опустившись у дивана на колени, Кавана сосредоточено заливала ее содержимым подсохшую кровь на ноге мужчины, строго и настойчиво предотвращая любые его попытки избежать сей участи.
- Не двигайтесь. Больно не будет, - улыбка вышла немного нервной, оскалом, но Изабо дала себе мысленную затрещину, запретив себе нервничать в такой момент, и принялась источать тепло и участие, как и положено хорошему учителю, который мажет упавшему на переменке карапузу зеленкой его ссадину, хотя перед нею были крепкие, хорошо очерченные икры не мальчика, но мужчины, наверняка из камня, произведение неизвестного, но весьма талантливого скульптора.
- И где же вы так умудрились? Только не говорите, что это я, - пыталась она неловко шутить, - Или это та жуткая собака?
И пусть "доктор" работал не совсем умело, что пациент просто не мог этого не заметить, но Кавана, обрабатывая ранки, старалась действовать мягко и даже старательно дула на них. Возможно, уверенная, что так и только так лечатся все раны, царапины и ссадины лучше всего. Ей в детстве их лечили именно именно этим способом. И это работало: высыхали слезы, становилось не так больно и главное, не так обидно.
Изабо зафиксировала бинт на его ноге, собрала весь мусор и поднялась, чтобы его выбросить.
- Если честно, вы меня... немного напугали, - немного? серьезно? - Я не спала всю ночь, караулила на случай, если ночные гости вернутся. Кредиторы, какие-то пьяные дружки отца. С тех пор как я приехала сюда, я даже не успеваю запомнить их лица: каждый день новые. Поэтому я догадываюсь о содержимом письма,  - пожала она плечами, возвращаясь с кухни, - Рада, что не убила вас сгоряча. Дом на отшибе, никого рядом нет, все никак не могу привыкнуть, а нормальные гости ко мне пока еще не приходят. Только те, кому отец был должен. И почему то не все из них предпочитают дневное время суток для разговоров. Да и вообще разговаривать.
В доме пахло антисептиком, кофе и несостоявшимся убийством.
- Хотите, я поищу вам что-то из одежды отца? Где-то здесь в коробках должны быть его вещи, - она осмотрела фигуру мужчины оценивающим взглядом и сильно смутилась, - Правда не уверена, что вам они подойдут. Но я могу подсушить майку феном.
Чтобы замять неловкость, она, не дожидаясь ответа, снова вернулась на кухню, нажала кнопку включения на чайнике, подхватила письмо и вернулась к дивану.
- Как я и говорила, - уже равнодушно бросила открытое письмо на диван поверх еще не убранных медикаментов, - Повестка в суд. Полагаю, что не последняя, - Изабо отвернулась и обняла себя руками. На кухне закипал чайник.
- Я поставила подпись, - и тут же добавила, не желая, чтобы это выглядело как попытка выставить его, - Может быть сделать вам чай? Или горячий шоколад? Боюсь, вы уже не поверите мне, что я умею готовить хороший кофе, но я на самом деле не так плохо его делаю, как... сегодня, - она повернулась и, как ни странно, несмело ему улыбнулась, - Еще я умею гадать по кофейной гуще. И полагаю, вы знаете о помощнике шерифа больше, чем я, - она улыбнулась еще смелее. Если подумать, ситуацию глупее не придумаешь. А еще она заметила новоявленную затяжку на чулке. Видимо, поставила ее, когда ползала на коленках у дивана. Почему-то это не возмутило ее. Она вспомнила с каким ужасом и скоростью напяливала их на себя и, не выдержав, тихонечко рассмеялась, - Мне не хотелось вам врать, но, сами понимаете, одинокая женщина, живущая на окраине, привлекает больше внимания, чем жена какого-то там шерифа. Вы с ним знакомы? И у него на самом деле есть сын? - она улыбалась. Красноглазая, проплакавшая пол ночи, уставшая, только недавно отбивавшаяся от преступника, она стояла, слегка приподняв край юбки, рассматривая и ковыряя пальчиком пустивший стрелку на чулке тонкий капрон. Безнадежно испорчен. Впрочем, как и многое в ее жизни.
- О, просто Иш. То есть Ишбел Кавана, - она решительно шагнула к мужчине, очнувшись, и протянула ему свою руку, которой только что задумчиво водила у себя по ноге, - Но лучше все-таки Изабо. Мисс Кавана после всего пережитого - будет слишком официально, - это было и смешно и ужасно неловко. В ней боролись два этих чувства, - Ваш новый учитель.
Чайник уже надрывался. Кавана же украдкой разглядывала своего невольного гостя. Теперь, когда он не был бандитом или опасно ранен, это было возможно.
- То есть не ваш, - смутилась она, - Новый учитель младших классов в Ривер Форк и председатель попечительского совета школы, - рука у него была теплая, большая и  удивительно мягкая для такого здоровяка. Не вялая и равнодушная, наоборот, казалось одними пальцами, он сумел бы ее раздавить, но как-то слишком уж бережно он прикасался, что никак не сочеталось с его внушительным внешним видом и комплекцией. Чего же она ожидала? Застарелых мозолей и шрамов? Что он стиснет руку до хруста и переломает ей кости?
- Что-то мне подсказывает, что это не последнее извещение в суд, и мы с вами будем видеться часто. Так что прежде чем войти - стучитесь или по-крайней мере кричите, что это вы. С некоторых пор мой дом стал походить на крепость в преддверии осады вражеской армией. Мне бы не хотелось вас покалечить или убить. А я, поверьте, буду очень стараться напугать незваных гостей намного больше, чем они пугают меня сейчас. Теперь, учитывая ошибки, я смогу приготовиться лучше.
В глазах ее мелькнули хитринки. Такие маленькие, лукавые искорки, когда не понятно говорит женщина серьезно или же уже веселится.
- Может быть, вы мне что-нибудь посоветуете? Ну... Вы... - что она хотела сказать? Такой... Большой и грозный? Или указать на его профессию? - Может быть научите изготавливать меня ловушки? Или давать отпор? Вас учили каким-то приемам? Самообороне? Военным хитростям.

Отредактировано Isbeal Kavanagh (2018-02-07 19:40:07)

+2

12

Облегчение от того, что девушка не рухнула в обморок, или не закатила очередную истерику, было сродни, если бы в дополнительное время, любимая команда забила решающий мяч. У Алистера не просто отлегло от сердца, или свалился камень с души. Нет, он наконец расслабился. Уф! Слава Богу! Конечно, где-то там, на заднем плане и мелькнула подленькая мыслишка, что обморок – не самое плохое дело, и что потом можно было бы привести эту рыжую в чувство, сделать искусственное дыхание. Но сдерживая усмешку, Ричард покорно делал вид, что его поддерживают, и беспрекословно подчинился всем требованиям  молоденькой хозяйки дома.
И даже откинувшись на стареньком скрипящем под его весом диване, положил ногу на подставленный пуфик. Более того, скажи ему сейчас, что он должен наложить гипс, провести неделю и два часа в постели, принимая лекарства, или читая талмуд, в оригинале – Дик согласился бы. То, что развитая бурная деятельность приносила вокруг больше хаоса, нежели пользы Ричарда тоже не смущало. Главное девчонка взяла себя в руки и переключилась. Сцены «я вся такая несчастная, никому не нужна, и жалеть меня не нужно, лучше пните, и я пойду, наконец,  выпью яда, и всем вам станет легче…» Алистер ненавидел. Как и тех, кто их закатывает.  Даже больше презирал, этих слабохарактерных личностей, любителей давить на жалость. Но в этой хрупкой  и утонченной девушке был стержень. И это нравилось. Да и сама она, весьма привлекательная, вот только сильно молода. Сколько там ей, двадцать пять, чуть больше? Припухшие веки, и усталое выражение лица утверждало, что нервишки у девочки были совсем расшатанные, и в таком виде, ей можно было дать и лет на десять больше, вот только фигура была уже вполне сформирована и настраивала на определенные мысли. Ричард , усмехнувшись тряхнул головой, слушая, как на втором этаже ведется мультяшная погоня  за аптечкой, которая прыгала по всей комнате и отбивалась своим содержимым. А мисс Кавана, безуспешно гонялась за ней, подхватывая летящие в её пузырьки и бинты. Наконец  аптечка споткнулась, или исчерпала весь свой арсенал, и оказалась в руках девушки, которая стремительно сбегала по лестнице, будто опасаясь, что за пациентом тоже еще придется гоняться. Запыхавшаяся, раскрасневшаяся, с распущенными,  волосами, находящимися в беспорядке и красивая. Черт, а она действительно красива, даже без боевой окраски, ступившей на тропу охоты женщины. Она естественна. Пока проводился сеанс экстренной и срочной помощи смертельно  раненному «чудовищу», столь суетливый, настолько же неумелый, Алистер старался подавить свою идиотскую улыбку блаженного.
  Ну а после завязывания узлов, наступило внезапное наводнение. То бледнеющая, то краснеющая Ишбел, или Изабо, как рекомендовала она себя величать, вдруг обрушила на Ричарда целое цунами слов, льющихся нескончаемым потоком. И то, что по ночам в этот уголок приходят подвыпившие сомнительные личности, и то, что покойный Логан был должен всем, включая жителей Малазии, и много всего остального. Переварить в этом потоке хоть какую-то информацию было сложно, И Дик просто махнул рукой на это дело. Нервное напряжение нужно же как-то сбросить, и Ричард был даже рад, что его повторно обливают, уже напором слов. Главное, что девушка уже вполне взяла себя в руки. И даже миленько улыбалась. Ну и, судя по всему настроение у неё тоже немного,  но повысилось.
- То, что ваш покойный Па оставил долги, конечно же плохо,- Алистер кивнул в сторону дверей,-  но вот ловушки устанавливать – это не метод. Так лишь можно больше неприятностей поиметь.  Вы в полицию обращались, по поводу того, что вас по ночам преследуют? – смущение девушки было самым лучшим ответом. Ричард лишь вздохнул. То, что она сказала правду, пусть и не истину, а то, что ей показалось, сомнений не вызывало.  Значит, действительно, кто-то здесь  приходил качать права. Если действительно, у «его» учительницы есть долги, то существует же городской суд, и порядок, согласно которого должно проводиться изъятие материальных ценностей, для того, чтобы с их продажи, погасить имеющиеся кредиты. Если они доказаны законным путем. Ну а если заниматься запугиванием и вымогательством, то чего стоит закон, который как раз и представлял Алистер?
- Ладно, мэм, - Дик отпустил тонкую руку девушки и жестом показал, что сейчас не нужно больше информации,- потом еще поговорим на эту тему. Вы уж извините, но я там у вас кой – чего разрушил, на крыльце. Поэтому, я быстро сгоняю за материалами, и починю. Пусть это будет маленькая компенсация, за ваш испуг, от вторжения «чудовища».
Алистер старался говорить спокойно и плавно, но губы непроизвольно выгибались дугой, а смех разбирал его на составляющие. Перед глазами опять мелькнуло все произошедшее, за последние пол часа, с того момента, как он заглушил свой форд. Это было, действительно, незабываемо.  Чтобы немного снять с себя напряжение, и мотивировать свою  улыбающуюся рожу Дик попробовал отшутиться:
- Но за проявленную храбрость и решительность, при спасении представителя закона, мисс Кавана награждается особой признательностью со стороны общественности, в моём лице.
Алистер  прошел обратно, на кухню, забрал планшет и достал из него рулетку. Выйдя на крыльцо, быстро сделал все необходимые замеры на разрушенном участке, и набросал на листке черновой эскиз конструкции, снабжая её дополнительными пометками и вычислениями.  Терри, с восторгом кинулся к Ричарду, но был вовремя остановлен командой «сидеть».  Высунув язык, стаффорд сел и уставился на стоявшую в дверях хозяйку. Во избежание непредвиденных последствий, пес был тут же отправлен за двор, где он нахально развалился на траве, прямо возле автомобиля.
- Мисс,- называть девушку по имени, Ричард  стеснялся,- я сейчас в центр, по магазинам. Нужно доски купить. Вам что-нибудь нужно? Я могу отвезти вас. А Терри не бойтесь. Он очень добрый и дружелюбный. И уже переметил здесь всю территорию.

Отредактировано Richard Alister (2018-02-12 20:15:31)

+3

13

Изабо все еще прилично потряхивало, не каждый день случаются такие нелепицы, но она помнила о манерах, пыталась быть вежливой и даже шутить, хотя и сама не могла не заметить некоторую нервозность в своих словах. У нее легко получалось с детьми, а вот со взрослыми, тем более с мужчинами, все шло наперекосяк. Заклеивая пластырем разбитую коленку малыша Микки, она так не волновалась, хотя проделала практически те же действия. Реакция мальчика была ей понятна. Она старается поддержать, а не пожалеть, и вот он уже давит сквозь слезы настоящую причину драки. Делится тем, что минуту назад не рассказал бы никому на свете. Маленький мужчина был понятен, с ним было просто, а вот что делать с большим? Помощник шерифа? Как она ему складно врала, а он все это время прекрасно знал о ее лжи, и даже не моргнул и глазом. Часто, наверное, встречает завравшихся дамочек. И вполне возможно, что знал ее отца. Видел в каком состоянии был ее дом. Стыд никуда не делся, он время от времени пощипывал Кавану за щеки и шею, заставлял отводить глаза. Сколько ей лет, что она попадает в такие ситуации и стоит, краснеет как малолетняя дура? Эта мысль отрезвила.
- О, крыльцо...
Что ж, винить его за сломанное крыльцо Кавана не собиралась, только мысленно сложила в копилку для дел еще и пунктик о том, что ступеньки нуждаются в срочном ремонте. Там этих пунктиков было так много, что и переживать не было смысла.
Впрочем, разруха была очевидна. Изабо озадаченно цокала язычком. Чтобы спуститься или подняться на каблуках, теперь ей пригодились бы крылья, но никто не отменял боковые ступеньки с другой стороны, а также огромную дырку в старом заборе, если что-то случится с калиткой. Логан все предусмотрел, не ремонтируя дом годами. 
- Не думайте, что меня так легко напугать. Я просто не ожидала никого так рано... - начала было она старую песню, но тут же осеклась, глядя на улыбающееся "чудовище". Картина достойная кисти великих художников-портретистов. Все эти плюшевые котики и миленькие младенчики в интернете не стояли и рядом с улыбающимся помощником шерифа Ривер Форка. Его суровая внешность разительно преобразилась, явив миру обаятельную, по-мальчишески простую и заразительную улыбку. 262 фунта улыбающегося чудовища. Припоминая как помощник шерифа умел рычать, Изабо опешила, как если бы наклонилась к воде, а ей оттуда во все свои зубы искренне и задорно улыбнулась акула, из опасного хищника вмиг превратившись в обаятельную и дружелюбную рыбку. Судя еще и по его словам, в золотую. И как-то до конца не верится, что все эти развеселые черти в глазах мужчины, ей не почудились. 
От мыслей ее отвлекла собака, поглядывающая в сторону учительницы, будто та была сахарной косточкой. По крайней мере Каване во взгляде песика чудилась некоторая кровожадность. Не зря же говорят, что хозяин со своим питомцем обычно друг-другу очень подходят, а со временем становятся даже похожи. На всякий случай Изабо не делала резких движений.

- Это очень любезно, - черт, она совсем не помнила как его зовут! - Мне, пожалуй, действительно нужно в город. Но не думайте, что я позволю вам что-то там покупать. Это мои ступеньки. И с их починкой я разберусь сама. И сама оплачу покупки. А вашу собаку я ни капельки не боюсь. Просто... - она выдохнула, не желая произносить ни слова лжи под этим смеющимся взглядом, чтобы не попасть впросак, - Это было немного неожиданно.
И тут же подскочила, когда пес, будто услышав ее, сказал "аф", клацнув пастью, не на нее, а просто так, в пространство, чему-то там радуясь своему собачьему, какой-то мимо порхающей бабочке. Кавана смутилась, поджала губы, сетуя на эту свою нервозность. Бросила взгляд вниз, на юбку и, убедившись, что стрелка на чулке из под нее не видна, направилась обратно в дом. Быстро отыскав сумочку и ключи, вышла из дома, беспокоясь лишь о том, чтобы собака не бросилась на нее снова, и все свое внимание уделив ей, так что не поняла каким образом перелетела разваленное крыльцо, а когда опомнилась, было уже поздно.
Слова возмущения так и не сорвались с ее языка. Оно лишь красочно отразилось у нее на лице. Какой смысл разговаривать с посмеивающейся спиной? Помощник шерифа уже направлялся к своей машине как ни в чем не бывало, так что Изабо пришлось от него не отставать.
В машину садилась так, словно в пасть к той самой акуле пристраивалась, никак не могла устроить руки и вцепилась ими в свою сумочку, ничего особенно внутри не разглядывая. Зачем она согласилась с ним поехать? - мысленно ругала себя. Вздрогнула, когда пес на заднем сидении потянулся и ткнул ее в локоток мокрым, холодным носом. Кажется, ее пытались тихонько обнюхать. Это было щекотно и неожиданно. Кавана разглядывала собаку как экспонат в музее, когда ни в коем случае нельзя трогать руками, и жалела, что та не может ей рассказать о своем хозяине больше. По крайней мере назвать его имя.
- Вы совсем не обязаны мне что-то чинить. Эти ступеньки давно уже опасно гнулись, - покаялась Изабо, сражаясь с ремнем, - Но если вы подскажете мне, что нужно купить, я буду очень вам благодарна. Попрошу учителя по труду. Или кого-то найду в городе. В конце-концов их давно уже было пора заменить.
Это уже потом она будет смотреть в окно, разглядывая город, маленькие домишки, уютные садики, стройные ряды улиц. Даже приоткроет окно, чтобы почувствовать на лице ветер, совсем позабыв о том, что у нее еще не до конца высохли волосы.

+3

14

Алистер повернул на Мейн-стрит и поехал сразу к своему дому. Появляться в центре в мокрых джинсах, в его планы не входило. Да и выгрузить пакеты с провизией , тоже нужно. Ну а по поводу заявления, что ступеньки у крыльца она починит самостоятельно, лишь вызвали легкую усмешку. Когда Алистер обосновался в Ривер-Форке, он два года сам ремонтировал и переделывал на свой вкус коттедж, доставшийся в наследство. Ну, почти сам. Единственный вид работ , на который он воспользовался наёмной рабочей силой - это были штукатурные работы. Да, что уж там скрывать, любой раствор, хоть шпаклевочного материала, хоть цементный, никак не давался ему. Вроде бы и делал все , по инструкции, и старался аккуратно, но  эта сфера деятельности никак не поддавалась, и навыки в ней были почти нулевые. Даже половую плитку в ванной нормально положить Ричард не сумел. Пришлось сбивать, и нанимать рабочих.  Но вот всего остального - тут уж извините. Сам разобрался с электропроводкой, столярными работами, переделал отопление и выложил двор брусчаткой. И инструмент, необходимый сейчас лежит на собственноручно изготовленном стеллаже, в гараже. Так что опыта ему не занимать, в вопросах с деревянными конструкциями.
- Вы , кажется не туда свернули - вдруг раздался немного взволнованный голос девушки, - магазины налево.
Алистер кивнул:
- Мисс, в виду того, что я немного вымок, нужно переодеться. Сами понимаете, не годится помощнику шерифа ходить по городу с подмоченной репутацией.  Я быстро, в машине подождете? Да, и оставьте этот ремень в покое. При движении в жилой зоне разрешается не пристегиваться.
- А как же ваша семья? - фраза брошенная девушкой застала врасплох.
- Семья? Извините...
- Ну да, семья. Ваш сын, Френк. Ваша супруга? Что они скажут , увидав вас, катающим незнакомую девушку?
Алистер обалдело посмотрел прямо в глаза рыжей и отпустил акселератор. Не глядя на дорогу, переключился на нейтральную передачу и ошалело выдал:
- Мэм! Никакого Френка не существует в природе. И сына нового помощника зовут Тэдди. Этот парень сейчас с отцом пошли на бейсбол, или собираются на пикник. Не буду утверждать. Кстати, в следующем году этот парень собирается идти в школу.  Там и познакомитесь. Моя бывшая супруга проживает в Сан-Хосе, в Калифорнии. Мы в разводе более шести лет. А по поводу крыльца , уж извините - я сломал, я и восстановлю. У вас, мисс, и так проблем хватает,- тут Алистер улыбнулся, понимая, что больше беспокоится мисс Кавана не о нем, а о своей репутации,- У нас здесь тихий и спокойный городок, мисс. И красивый. Вам понравится. Здесь есть просто удивительные по красоте места. Покрытые лесом горные каньоны, ручьи , падающие с отвесных скал, здесь просто прекрасная природа. А чего стоит озеро? Эти места просто невозможно не полюбить.
К чему это сказал? Черт его знает, просто захотелось. Алистер включил передачу, и плавно катящаяся по инерции машина  неспешно начала набирать скорость. Дальше ехали молча,  и свернув на Фокс-Хиллс, Ричард уверенно подъехал к въезду на свой участок. При помощи пульта открыл ворота, но не стал заезжать, а развернув машину на улице, сдал во двор задним ходом, чтобы у девушки не было лишнего повода поволноваться.
Заглушив машину, Алистер выпустил из салона Терри и повернулся к мисс Кавана:
- Мисс, это займет не более десяти минут, - и достав пакеты с покупками, пошел к дому.
Конечно, не совсем прилично оставлять женщину в машине, но если так ей будет спокойнее пусть сидит. Проскользнув на кухню, Алистер быстро рассовал в холодильник продукты, взбежал на второй этаж, и достал из гардероба свежий комплект одежды, переоделся, и слетел вниз, во двор.  Открыв  гараж, нырнул в его глубину, к стеллажу с инструментами. Там  быстро взяв чемодан с электропилой, рубанком и шлифовальной машиной, захватив угольник и тридцатиярдовую переноску, аккумуляторную дрель, вернулся и погрузил в открытый багажник. Потом  взял, на всякий случай. еще два чемодана - разноски, со слесарным инструментом. Просто вспомнилась ванная, и как-то странно "рычащий" кран на душе.
А, черт, малыш, это уже напоминает старые кассеты, с германскими фильмами. Ричард усмехнулся своим мыслям. Ты пошляк, малыш. Самый, что ни на есть пошляк. Мало тебе тех, кто крутит попками в спортзале?  Эх, управы на тебя нет.... Честно говоря, Алистер недолюбливал рыжеволосых людей, вне зависимости от пола. Но  к этой мисс, почему-то , испытывал смутное влечение и симпатию.
Впрочем симпатию к девушке, вышедшей из машины испытывал не только Дик, но и стаффорд. Нахальная морда, за неимением хвоста, активно виляла задом и толкалась в поглаживающую его девушку, вывалив язык. По видимому это занятие его весьма устраивало, что пес закрыв глаза, откровенно наплевал на все. Ричард даже почувствовал маленький укол досады. Или ревности? Вот на этот вопрос мужчина не мог ответить даже себе.

Отредактировано Richard Alister (2018-02-14 19:29:04)

+1

15

За окном из-за пышных кустов и деревьев вынырнул Ривер Форк, настоящий, немного сонный, не тот, что она видит из окна своего дома. Городок совсем небольшой, не чета мегаполисам, о которых она когда-то мечтала, самый обыкновенный, но в нем чувствовалась какая-то дикая, связанная с тем местом, где он расположился, самобытность. Лес соседствовал с ухоженными газонами и маленькими улочками как старый приятель или же старший брат, опекающий младшего. Невысокие здания стали частью пейзажа, который обступил Ривер Форкс со всех сторон, бережно кутая в теплый плед из зеленых холмов и еще не успевших зазолотиться деревьев. На дороге если и встречаются машины, то очень редко. Прекрасное место, чтобы спрятаться от себя.
Тот факт, что они отклонились от маршрута, щекотал нервы. Чувство незащищенности, как дыра на ее чулках, росло и множилось, грозясь перерасти в катастрофу, пусть и надуманную, но ту самую, которые называют чаще именно женскими именами. Вроде урагана Катрины или Ирмы. Так, чтобы пятой категории, когда беспощадно и необъяснимо. Наверное, потому что тревога в ее груди тоже не была ей понятна. Изабо пыталась отвлечься, теребила сумочку и еще больше приоткрыла окно. Суровое лицо помощника шерифа, невозмутимое и спокойное таило в себе какую-то иронию и насмешку, которая так раздражала и удивляла. Что-то лукавое и саркастичное то и дело мелькало в его глазах, когда она поворачивалась, так что Кавана украдкой рассматривала его, но подтверждения своим мыслям не находила до тех пор, пока новый знакомый не расплылся в широкой, белозубой улыбке, необыкновенно преобразившей его лицо. Изабо немедленно отвернулась, пытаясь прочесть название улицы или делая вид, что что-то там за окном есть поинтереснее, чем разглядывание водителя. То, что Френка не существовало в природе, заставило ее хмыкнуть, тем самым показывая свое отношение к некоторым шутникам, но мужчина сосредоточился на вождении, как будто и вовсе не замечая ее напряженных взглядов.
- Нет у меня никаких проблем, уж поверьте. Это все мелочи, - попыталась отмахнуться она, чувствуя себя невыносимо уязвимой. Не так она представляла себе знакомство с местными жителями.
Это она назвала себя незнакомой девушкой, которую помощник шерифа катает на своей машине по городу? Девушкой? Почему не девчушкой? И зачем спросила про его семью?
Кавана принялась упрямо, и самое важное, молча разглядывать город за окном с двойным усердием, не желая ничего знать ни про подмоченную репутацию, ни про бывшую супругу человека, который сидел рядом и всячески стараясь забыть про свою оговорку, но так или иначе прислушиваясь к его словам. Особенно она старалась не думать куда они теперь едут. Кажется, все ее сомнения и протесты кое-кому были до фонаря. Из-за этого хотелось просто по-детски повернуться и шлепнуть помощника шерифа по плечу. Или ущипнуть покрепче. Благо, Кавана не без труда, но переборола этот порыв.
Вдоль дорог как грибы после дождя выросли красивые и ухоженные домишки с подстриженными лужайками и аккуратными заборчиками. Все чаще стали попадаться люди, кто-то махал помощнику шерифа рукой, приветствуя его, а Изабо молилась, чтобы только по этой улице не решил прогуляться кто-то из школы или попечительского совета. Она чувствовала себя не в своей тарелке. Все выстроенные внутри нее стены пошатывались и рассыпались в пыль этим осенним утром. Изабо очень хотела оправдаться, хотя бы перед собой, но вовремя себя одергивала. Еще хотела бы ему на все возражать, особенно о том кто будет чинить крыльцо в ее доме. Это вопрос принципа, но в который раз упереться рогами в этом вопросе Изабо не позволила неожиданно пылкая речь помощника шерифа. Она живо представила себе как с заоблачных круч посреди леса несется вниз серебряная ленточка ручейка.  Чистая и свежая вода, с какого места не зачерпнешь, бьет холодом по зубам и разливается по языку вкусом, который потом уже никогда не сможешь забыть. И ей захотелось это увидеть, испытать на себе. Возможно, Ривер Форк - это то, что ей сейчас нужно.

Усидеть в машине Кавана не смогла и встала, чтобы размять ноги, а заодно избавиться от охватившего ее напряжения, только убедившись, что хозяин дома скрылся из вида. Лисьи холмы, - так кажется было написано на табличке. Покрутив головой по сторонам, Изабо выхватила взглядом макушку торчащую из-за забора и явно намеревавшуюся рассмотреть происходящее перед домом. Светлый пучок волос мисс Торнтон Каване, кажется, уже снился, не смотря на непродолжительное знакомство в школе. Решив, что эта женщина непременно неправильно истолкует ее здесь присутствие, Изабо присела на корточки, скрывшись полностью за машиной, но тут же была атакована псом, о существовании которого уже счастливо позабыла. Какая участь страшнее - быть покусанной собакой или мисс Торнтон, решить она не успела. Пес набросился на нее с намерениями познакомиться и облизать, что оказалось весьма щекотно и мокро. Инстинктивно Изабо напряглась, ожидая худшего, но ласковые заигрывания собаки, дружелюбно покачивающийся из стороны в сторону хвост, подставленная под руку лобастая морда, все это вынудило ее улыбнуться и начать почесывать четвероногого хитреца, невольно сравнивая его с хозяином. Пес милостиво принял ласку и даже перестал пытаться ее повалить. Рука Каваны стала смелее, и она так увлеклась, что не заметила, что уже не одна.
- Доброе утро, Ричард! - раздался неожиданно голос мисс Торнтон, а Изабо, сидя на корточках у машины, принялась пучить глаза в его сторону и показывать знаки руками, в которых можно было угадать желание сильное остаться невидимой для любопытной женщины.
- Как дела? Я испекла свой фирменный яблочный пирог. Хочешь кусочек? - спросила Торнтон таким интригующим тоном, будто бы предлагала кусок своей ноги, как минимум, а вовсе не пирога. В глазах у Каваны на миг мелькнуло любопытство, но собака снова принялась ее толкать, требуя внимания.
- Уверена, что такого ты еще не пробовал. Может зайдешь ближе к вечеру после работы? Хотела показать тебе кое-какие документы и посоветоваться. Самой мне не разобраться. 
Изабо пыталась успокоить собаку и воздействовать на нее одним только взглядом. Пес, кажется, развеселился еще больше.
- Тем более, что я уже столько прошу найти для меня минутку. Ты куда-то едешь?
Лисьи холмы. А вот и первая лиса.

Отредактировано Isbeal Kavanagh (Сегодня 07:09:59)

+1


Вы здесь » River Fork » Назад в будущее » При свечах и распредвале


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC